 
|
  |
  |
  |
  |
|
|
|
|
|
|
Мы всю жизнь проводим на работе, а платят нам за работу деньгами – очень странной субстанцией, которую многие до конца не понимают. Когда хозяйство было натуральным, все было просто: охотник получал за работу убитого им оленя; тот, кто строил себе дом, потом в нем жил, – и так далее. Деньги же сами по себе ни на что не годятся: чтобы извлечь из них пользу, на них надо что-то купить, иными словами, их надо избирательно, с определенной целью, инвестировать.
Если оленя можно было использовать только одним образом: съесть, и причем сегодня, то на деньги можно купить все, что угодно, и сделать это можно как сегодня, так и через много лет. Деньги с одной стороны универсальны, а с другой стороны всегда стоит проблема, на что и когда их потратить. При этом от денег зависит осуществление наших целей, а значит, и вся наша жизнь. Поэтому мы научились осознавать важность значительного вложения денег и, когда мы это делаем, мы, по понятным причинам, испытываем сомнения в правильности принятого решения, испытываем экзистенциальный страх. У этого страха есть как рациональные, так и иррациональные составляющие, о которых мы и поговорим.
Но прежде еще несколько слов о том, что такое деньги. Во-первых, деньги теряют свою покупательную способность от простого хранения (этот феномен известен как инфляция) и поэтому деньги необходимо инвестировать, ведь деньги могут (и должны) приносить доход. Если мы решили потратить деньги, то тут сразу встает вопрос приоритетов, а значит и целей, как краткосрочных, так и долгосрочных. Процесс зарабатывания и траты денег, таким образом, становится стержневым жизненным процессом, наряду с духовным, образовательным, и карьерным ростом. Однако большинство людей подходят к этому процессу интуитивно, не заостряя на нем внимание и не изучая его. Это особенно заметно в России, где деньги, в полном смысле этого слова, появились менее двадцати лет назад.
Итак, любая трата денег есть манифестация жизненного приоритета, а также и выражение степени контроля, который данный индивидуум имеет над своей жизнью. Сразу приходит на ум выбор между покупкой водки для себя или молока для своего ребенка, но есть и другие примеры, хотя и менее очевидные. Деньги часто тратятся без всякой мысли о приоритетности, тем более что приоритеты бывают не только сиюминутные и краткосрочные, но и среднесрочные и долгосрочные. Когда я вижу ребенка в дорогой одежде играющего дорогими игрушками, я задаю себе вопрос: «А откладывают ли родители на университетское образование этого ребенка?» Я уж не говорю о создании траста, чтобы ребенок мог унаследовать состояние семьи и не упустить контроль над семейным бизнесом в случае, если с родителями что-нибудь случится. Ну и конечно, я знаю, что подавляющее большинство россиян, отдыхающих в пятизвездочных отелях или имеющих очень дорогой автомобиль, не делают никаких сбережений, чтобы обеспечить себя и своих близких стабильной пенсией.
Создается впечатление, что многие россияне сомневаются, будет ли принадлежать им их собственность, и даже будут ли они живы, через пять лет. Однажды я спросил у одного лихача почему он (хотя бы) не пристегивает ремень. Он ответил: «Об этом лучше не думать.» Этот, как теперь принято говорить, слоган, меня подмывает использовать и в своей работе. Например так: «Пенсионные накопления: об этом лучше не думать… или … все-таки…думать?»
Если у человека короткий инвестиционный горизонт, то долгосрочное инвестирование на финансовых рынках (то есть, единственный тип инвестирования, которое с высокой вероятностью приносит прибыль) теряет смысл. Например, я, как инвестиционный консультант, обычно не советую своим клиентам инвестировать, если они не готовы держать деньги инвестированными по крайней мере пять лет.
К сожалению, страх потери работы, собственности, и даже жизни, не является в сегодняшней России иррациональным. Но нежелание принимать меры, чтобы минимизировать эти риски, безусловно, является иррациональным, тем более, если вы уже эти риски осознаете. Если вам понятно, что на государство надежды мало – создайте себе пенсионные накопления в стабильном западном банке. Если экономика России кажется вам однобокой и потенциально подверженной сильным колебаниям – инвестируйте часть своих средств в зарубежные фонды, создайте хорошо диверсифицированый портфель. Если вы видите, что российское законодательство плохо защищает ваши права и вашу собственность – примите адекватные меры для их защиты.
Если у человека нет пятилетнего, а лучше, десяти- или двадцатилетнего инвестиционного горизонта, то при слове «инвестиция» человек начинает думать о «мгновенных» выплатах и вспоминает о Форексе, о сказках про десять процентах дохода в месяц, или об очередной компании «Буратино-инвест». Портфельный инвестор должен понимать, что ожидаемая доходность обычно соответствует инвестиционному риску. Стабильно высокие инвестиционные доходы становятся реальностью только если деньги вложены в реальный бизнес, в котором вы отлично разбираетесь и, желательно, который вы контролируете.
Следующий уровень иррациональности – это подсознательное ожидание потери. Одно дело – подходить к инвестированию с осторожностью, внимательно изучив все условия предлагаемой сделки и совсем другое – избавляться от денег, которые жгут карман, к обладанию которыми человек оказался психологически не готов. К сожалению, в России это распространенный феномен. Деньги, которые были заработаны быстро и не всегда честно, редко вкладываются в стабильный, долгосрочный, хорошо диверсифицированный портфель, призванный заложить фундамент благосостояния для нескольких поколений вашей семьи. Такие деньги хочется потерять так же и там же, где они были приобретены.
Однако есть надежда на то, что кризис фундаментально изменит наше отношение к деньгам. Недаром главной причиной недавнего банкротства фирмы «Эскада» был назван резкий спад продаж в России. Может быть, перестанем кутить и начнем инвестировать, хватит уже быть страной самых дорогих машин на самых плохих дорогах?
Потенциальный инвестор должен четко понимать, что рынок ценных бумаг дает возможность как азартной и рискованной игры (например, на курсе доллара) так и предсказуемого получения дохода (долгосрочные портфельные инвестиции, облигации или гарантированные продукты). Рынок – это не обязательно zero-sum game, и тем более не игра, где вкладчик всегда проигрывает (как рулетка или любительские спекуляции на курсах валют). Рынок ценных бумаг выполняет важнейшую экономическую функцию: приток средств к наиболее эффективным производителям и отток средств от менее эффективных. Поэтому инвестор, который участвует своими деньгами в этом процессе бывает вознагражден примерно в соответствии с той эффективностью, с которой та экономика, в которую были вложены средства, сумела их использовать.
Жизнь человека обычно определяется несколькими долгосрочными фундаментальными процессами, на которых человек решает обратить свое внимание:
Первый – это процесс охраны и поддержания своего здоровья.
Второй – это образование, то есть, получение и применение знаний.
Третий – это социализация, то есть идентификация себя с определенным обществом, классом, манерой поведения, и, соответственно, выработка определенных ожиданий.
Четвертый – это профессиональная карьера или, как все чаще встречается в современном обществе, карьеры, выражающие многосторонние интересы, а также и увеличившиеся возможности современного человека, когда бухгалтер становится еще и путешественником или коллекционером предметов искусства.
Пятое – это брак и семейные отношения.
Шестое – это рождение и воспитание детей.
Седьмое – это инвестиции, то есть создание фундамента финансового благосостояния семьи на несколько следующих поколений (ведь мы же живем на даче, которую построил дедушка).
И наконец, восьмое – осознание своего места в мире и своей миссии на Земле.
Конечно, начало процесса инвестирования – не такое серьезное решение, как выбор профессии, брак, или рождение детей. Долгосрочное портфельное инвестирование – это не отношения, которые требуют большой эмоциональной отдачи, кроме того, инвестиции можно в любой момент прекратить. Именно эта «обыденность» инвестиций позволяет людям забывать о них, откладывать их на неопределенный срок. Спору нет: вложить свою первую тысячу долларов – это не то, что ребенка родить. Но если потом у этого ребенка не будет денег на образование и он лишится шансов на интересную работу, то эмоциональный накал, связанный с вопросом инвестиций, может стать большим. Деньги сами по себе малоинтересны, но только пока они не становятся нужны.
Если иррациональных страхов (и иррациональной эйфории) в процессе инвестирования быть не должно, то рациональные опасения, приводящие к дополнительной проверке и к пониманию того продукта, в который производится инвестиция, не только приветствуются, но и являются необходимыми. Как персональный инвестиционный консультант, я хочу расположить потенциального клиента к себе, хочу вызвать доверие. Но я не хочу, чтобы «мне верили»: мне этого не надо, потому что я предлагаю только самые лучшие, проверенные инвестиционные продукты, обещающие значительную доходность и поэтому сопряженные со значительным риском. В этой связи я вспоминаю об одном своем клиенте, который решил предварить подписание инвестиционного контракта молодецким возгласом «Эх, была не-была!» Подписание контракта пришлось отложить, пока клиент не понял, что у меня нет «была не-была», продукта, и тем более нет продукта «Эх». Для меня важно, чтобы клиент осознал место инвестиций в его жизни, их важность для него самого.
На инвестиции следует обратить самое серьезное внимание, и сделать это, спокойно, ответственно, серьезно и рационально, пока тучи не сгустились.
Автор Матвей Малый
| |||
| |||
| |||
| |||
|
